Новая газета домашнее насилие

Мы подготовили ответы на вопросы по теме: "Новая газета домашнее насилие" с комментариями специалистов. Уточнить данные на 2020 год можно у дежурного консультанта.

Исследование: большинство осужденных за убийство женщин защищались от домашнего насилия

  • В России четыре из пяти женщин (79%), осужденных в 2016–2018 годах за умышленное убийство (ч. 1 ст. 105 УК), в действительности защищались от домашнего насилия. Таковы результаты совместного исследования «Новой газеты» и «Медиазоны».

    Результаты были получены с помощью алгоритма машинного обучения, который проанализировал около 2,5 тысяч судебных приговоров. Среди осужденных за причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть (ч. 4 ст. 111 УК), оборонялась от партнера каждая вторая — около 52%.

    Кроме того, журналисты изучили около 1,5 тысячи приговоров, вынесенных в 2011–2018 годах за убийство при превышении пределов необходимой обороны (ч. 1 ст. 108 УК). Масштаб домашнего насилия там оказался самым высоким: от партнеров или других родственников-мужчин защищались 91% женщин. В то же время мужчины, осужденные по такой же статье, защищались от партнерш всего в 3% случаев.

    Наказание за это преступление значительно мягче, чем по остальным статьям, — до двух лет заключения. Однако авторы исследования сделали вывод, что согласно УК многих из этих дел вообще не должно было быть: женщинам приходится сидеть в тюрьме лишь потому, что они не могут отбиться от агрессора голыми руками, как того требует суд.

    Читайте также

    «Я тебя сейчас, сука, убивать буду». Большинство женщин, осужденных за убийство, защищались от домашнего насилия. Исследование «Новой газеты» и «Медиазоны»

    Российские власти считают, что проблема домашнего насилия и масштаб его дискриминационного влияния на женщин «преувеличены», — об этом говорилось в меморандуме замминистра юстиции Михаила Гальперина в ЕСПЧ. По его мнению, больше страдают от насилия в семье именно мужчины, поскольку «от них не ожидается просьб о защите». Родственники нескольких россиянок, которых мужья убили либо довели до самоубийства, потребовали от министра юстиции Александра Коновалова проверить Гальперина на профпригодность.

    Добавьте новости «Новой» в избранное и Яндекс будет показывать их выше остальных

    Россия отказалась нести ответственность за бездействие правоохранителей в случаях домашнего насилия

  • Государство не должно нести ответственность за бездействие сотрудников правоохранительных органов в случаях семейно-бытового насилия, если вред нанесло частное, а не должностное лицо. Соответсвующее замечание в Европейский суд по правам человека направил замминистра юстиции Михаил Гальперин, сообщает «Коммерсант».

    Такую позицию от лица России чиновник из Минюста высказал в преддверии рассмотрения жалобы четырех россиянок, которые обратились в ЕСПЧ из-за неспособности государства защитить их от дискриминации и домашнего насилия. Среди них — Маргарита Грачева, которую муж вывез в лес и отрубил киски рук, и Наталья Туникова, терпевшая избиения и угрозы сбросить ее с 16-го этажа от своего партнера.

    Защита женщин настаивает, что случившееся с ними необходимо расценивать как пытки, которым пострадавшие подверглись в том числе и из-за бездействия полиции. Однако в замечаниях Минюста утверждается, что государство не может нести ответственность за подобные случаи, потому что «страдания и травмы причинялись им в результате действий частных лиц (а не должностными лицами)». В документе также говорится, что жертвы могут обратиться в суд с административным иском о бездействии полиции.

    Замглавы Минюста и до этого высказывался о ситуации с семейно-бытовым насилием в стране. Так, он обвинял родственников погибших жертв домашнего насилия в попытке «подорвать правовые механизмы», а также заявлял, что «серьезность и масштабы его дискриминационного воздействия на женщин достаточно преувеличены».

    Свердловский депутат Госдумы раскритиковал законопроект о домашнем насилии

    Депутат Госдумы от Свердловской области Максим Иванов раскритиковал законопроект о домашнем насилии, который сейчас рассматривается в Госдуме и Совете Федерации. Как написал парламентарий на своей странице в соцсети Facebook, он считает принятие закона избыточным. По его мнению, приятие документа, в котором вводится понятие «психологическое страдание», может привести к тому, что «рядовые ссоры со слезами и „психическим страданием“ (муж не дал денег на помаду, жена задержалась у подруги) приведут к разрушению тысяч, сотен тысяч семей».

    «Вместо того чтобы самостоятельно договориться или призвать на помощь родителей, друзей, в дело будут вмешиваться прокуратура, уполномоченные, соцзащита и даже местное самоуправление. При этом поводом для принятия мер может послужить „обращение граждан, которым стало известно о свершившемся факте семейно-бытового насилия“. Если сосед услышал за стенкой, как вы громко поругались, он сможет „донести, куда следует“ и те же органы местного самоуправления в лице, например, мэра города придут с вами разбираться», — пишет депутат.

    По его мнению, существующие случаи физического насилия в семьях нужно наказывать в соответствии с действующим законодательством, а ссоры «можно решить внутри семьи».

    Законопроект о профилактике семейно-бытового насилия, разработанный в Госдуме, вызвал большую дискуссию в обществе и несколько раз переписывался. 29 ноября на сайте Совета Федерации была опубликована последняя версия документа. Но эксперты вновь раскритиковали его, заявив, что его положения не были согласованы с рабочей группой, принимавшей участие в его разработке.

    В документе, в частности, предлагается ввести защитные и охранные предписания, которые будут выдаваться агрессорам. Предписания, например, запрещают нарушителям вступать в любые контакты с жертвой, помимо этого, абьюзера могут обязать покинуть совместное жилье. В декабре экспертное сообщество представило поправки к законопроекту. В них, в частности, уточняется расстояние, на которое преследователю будет запрещено приближаться к жертве, подробно раскрыт термин «семейно-бытовое насилие» и перечислены его виды, а также прописаны варианты наказания абьюзеров.

    Владимир Путин прокомментировал законопроект о домашнем насилии

    За принятие законопроекта выступают многочисленные кризисные центры, правозащитные, благотворительные и феминистские сообщества. В РПЦ заявили, что закон о домашнем насилии приведет к «бракоразводным войнам». Генпрокуратура поддержала введение защитных предписаний для домашних агрессоров.

    Согласно недавнему опросу «Левада-центра», каждый третий житель России (31%) сталкивался с домашним насилием в собственной семье и своем ближайшем окружении. По данным МВД, за девять месяцев 2019 года от домашнего насилия пострадала 15 тыс. 381 женщина. Исследование «Новой газеты» и «Медиазоны» показало, что 79% осужденных женщин становились жертвами насилия со стороны тех, кого потом убили.

    Читайте так же:  Исковое в суд на раздел имущества

    Опубликованный Совфедом законопроект о домашнем насилии не согласовали с рабочей группой

    На сайте Совета Федерации РФ 29 ноября опубликовали финальную версию законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия, который разрабатывала группа депутатов Госдумы, сенаторов и представителей экспертного сообщества. Документ еще на стадии формирования вызвал многочисленные споры. Сторонники принятия нового закона ссылаются на ужасающую статистику домашнего насилия в стране. Противники, отстаивающие «традиционные ценности», считают, что закон разрушит институт семьи в России.

    Однако еще больше вопросов возникло при изучении итогового варианта законопроекта. По словам соавтора законопроекта адвоката Мари Давтян, опубликованная редакция документа не согласовывалась с членами рабочей группы при Совфеде РФ.

    «Это результат заигрываний Совфеда с консервативными группами»

    «Это редакция не просто урезанная и сокращенная, она еще и во многом юридически безграмотная. Это результат заигрываний Совфеда с разного рода радикальными консервативными группами. И это плохо! Надо было думать не как уважить людей, которые видят в насилии скрепу, а как защитить тех, чьи жизнь и здоровье в опасности. Мы предлагали нормальный текст, текст, который был бы эффективный. Закон должен быть не просто на бумажке, он должен быть эффективным. То, что предлагает Совфед сейчас, не просто неэффективно, это бесполезно», — написала Давтян на своей странице в Facebook.

    Опубликованный законопроект содержит 28 статей, хотя ранее их было на порядок больше. Основные положения документа сейчас выглядят так:

    1. Определение семейно-бытового насилия. Этот термин до сих пор не закреплен юридически. В законопроекте говорится, что семейно-бытовое насилие — это умышленное действие или бездействие в отношении близких, которое причиняет или содержит угрозу причинения физического, психического страдания и/или имущественного вреда.

    Положения законопроекта распространяются не только на формальных родственников, а на всех проживающих совместно, а также бывших супругов.

    2. Профилактика. Принимать участие в профилактике домашнего насилия и оказывать помощь пострадавшим должны общественные, кризисные и медицинские организации, сотрудники полиции и прокуратуры, омбудсмены и органы власти. Меры нужно предпринимать незамедлительно после того, как к ним поступят заявления пострадавшего или узнавших о факте насилия, решения судов или компетентных органов.

    Главная цель — предупреждение противоправных действий, устранение причин насилия и защита жертв от домашних тиранов. Общественные организации, социальные службы и органы власти должны содействовать примирению сторон вне зависимости от того, возбуждено уголовное или административное дело. Среди мер профилактики — индивидуальные профилактические беседы и постановка на учет агрессоров. Законопроект также подразумевает принудительные специальные курсы по работе с гневом для реабилитации абьюзеров. Для пострадавших предусмотрены программы психологической поддержки.

    3. Защитные и охранные предписания. Это абсолютно новые явления для России. Защитные предписания будут выдавать сотрудники полиции. Они могут быть выписаны только лицам, достигшим 18 лет. «Защитное предписание выносится с согласия лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию, или их законных представителей», — говорится в законопроекте.

    Документ запрещает нарушителям вступать в любые контакты с жертвой (в том числе по телефону или через интернет), приближаться к пострадавшему и выяснять его местоположение. В законопроекте прописано, что действовать предписание будет 30 суток, в случае необходимости этот срок может быть продлен до двух месяцев. На время действия защитного предписания нарушитель ставится на профилактический учет органами внутренних дел.

    Охранное предписание будет выдаваться в судебном порядке в случае, если защитное предписание не останавливает нарушителя. Оно может продлеваться на срок до года и предполагает более широкие меры воздействия. Обидчику также будет нельзя контактировать с жертвой, помимо этого его могут обязать покинуть совместное жилье (независимо от того, кто является собственником жилого помещения, но при условии наличия у нарушителя возможности проживать в ином жилом помещении, в том числе по договору найма — говорится в документе). Кроме того, агрессора могут заставить передать пострадавшему человеку личные вещи, которыми он располагает, а также пройти специализированную психологическую программу. Какие будут введены наказания за игнорирование предписаний — в законопроекте не прописано.

    «Законопроект надо переписывать»

    По словам Давтян, определение семейно-бытового насилия в нынешней редакции законопроекта полностью выводит из-под действия закона все виды физического насилия (побои, причинение вреда здоровью и т. п.), так как данные виды насилия всегда содержат в себе признаки административного правонарушения или преступления.

    «Закон в такой редакции нельзя применить, если вас бьют. Это просто абсурд. В ситуациях семейно-бытового насилия особенно важна защита пострадавших и оказание им поддержки в период подачи заявлений о правонарушении/преступлении, а также в период проверки указанных заявлений. А исходя из предложенной формулировки, человек лишается возможности воспользоваться мерами предлагаемого проекта закона. В подобной формулировке понятия „семейно-бытовое насилие“ проект закона теряет вообще всякий смысл. Там еще много всего на самом деле, но уже этого достаточно, чтобы сказать, что проект в данной редакции недопустим. Все надо опять переписывать, а время идет», — заявила Давтян.

    Влияние ЕСПЧ и декриминализации побоев

    Работа над законопроектом о домашнем насилии велась несколько лет и была ускорена после того, как летом 2019 года ЕСПЧ направил правительству РФ вопросы по делам четырех россиянок, которые пожаловались на неспособность властей защитить их от насилия в семье и дискриминации. Эти дела широко освещались в СМИ.

    ЕСПЧ, в частности, указал на историю Маргариты Грачевой, которой муж отрубил кисти рук. Во время следствия было установлено, что полиция не реагировала на жалобы женщины о побоях. Ирину Петракову избивал и насиловал муж, причем преследовал ее даже после развода. Елена Гершман пережила серию тяжелых избиений со стороны экс-супруга, но из-за декриминализации домашнего насилия ей отказали в возбуждении уголовного дела. Бывший супруг при этом похитил у нее дочь и вывез в другую страну. Наталью Туникову регулярно избивал гражданский партнер, она ударила его ножом после того, как он попытался сбросить ее из окна. Женщину осудили, но потом амнистировали.

    Читайте так же:  Соглашение о разделе ипотечной квартиры образец
    Год спустя: чем обернулась декриминализация домашних побоев

    В 2017 году в России приняли закон о декриминализации побоев, который лоббировала сенатор Елена Мизулина. «Семейных» агрессоров теперь за оставленные синяки и ссадины не отправляют в колонии, а штрафуют. Противники изменений предсказывали, что нововведения развяжут руки людям, которые потенциально могут совершить насилие. Пессимистичные прогнозы начали сбываться. Согласно недавнему опросу «Левада-центра», каждый третий житель России (31%) сталкивался с домашним насилием в собственной семье и своем ближайшем окружении. По данным МВД, за девять месяцев 2019 года от домашнего насилия пострадала 15 тыс. 381 женщина. Исследование «Новой газеты» и «Медиазоны» показало, что 79% осужденных женщин становились жертвами насилия со стороны тех, кого потом убили.

    Замдиректора национального центра по предотвращению насилия «Анна» Андрей Синельников в разговоре с корреспондентом Znak.com заявил, что после декриминализации побоев существенно выросло число обращений от пострадавших. В 99% случаев помощи ищут жены домашних тиранов. В 2014 году «Анна» приняла 8 тысяч таких звонков, в 2016 году — 20 тысяч, в 2017-м — около 26 тысяч, а в 2018-м — уже 32 тысячи. «Среди тех, кто к нам обращается, 70% — это люди, которые не нашли поддержки в полиции и социальных службах», — отметил он.

    Позиция противников законопроекта

    За принятие законопроекта выступают правозащитные, благотворительные и феминистские сообщества и кризисные центры. Против закона о домашнем насилии высказываются ультраконсервативные организации вроде «Сорока сороков» и «За права семьи», отстаивающие «традиционные ценности». Они считают, что закон разрушит институт семьи в России, поскольку нарушает пределы вмешательства государства в домашние дела граждан. Консерваторы, в частности, опасаются, что закон позволит изымать детей из семей без решения судов. «Если мы проиграем, то антисемейные либерал-фашисты придут в наши семьи и будут отбирать наших детей для однополых пар, потому что им неоткуда взять детей», — заявлял координатор движения «Сорок сороков» Андрей Кормухин.

    РПЦ также выступает против законопроекта. Замглавы синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Вахтанг Кипшидзе ранее говорил, что предлагаемый документ вызывает сомнения, так как базируется на западном опыте. В РПЦ считают, что действующего законодательства РФ достаточно для борьбы с домашним насилием.

    Об этом же говорит пресс-секретарь Виталия Милонова Илья Евстигнеев: «Мы должны сойти с поводка фем-активисток и заняться соблюдением тех законов, которые у нас есть. По большому счету любой виновник домашнего насилия может быть привлечен по уже существующим статьям. Выдумывать паровоз здесь не надо. Домашнее насилие с точки зрения юриспруденции не отличается от насилия между людьми, которые не состоят в браке. Нужно научиться исполнять те законы, которые уже приняты, а не плодить новые».

    Правозащитники с такой позицией не согласны: сейчас государство не защищает жертву и не предотвращает домашнее насилие, а только наказывает за уже совершенные преступления. Авторы законопроекта также указывают на то, что никаких новых методов отъема детей в проекте не рассматривают. Спикер Совфеда Валентина Матвиенко ранее отвергла опасения о том, что закон даст возможность для избыточного вмешательства в дела семьи. Юристы добавляют, что подобные законы действуют в странах Западной и Восточной Европы, а также СНГ. По статистике, при их наличии случаи побоев в семье сокращаются в среднем на 30%.

    Из-за открытых писем движения «Сорок сороков» и оскорбительных коллажей авторы законопроекта, в числе которых депутат Госдумы Оксана Пушкина, адвокаты Мари Давтян и Алексей Паршин, обратились в полицию. Они заявили, что им поступают угрозы. По мнению Пушкиной, в обращениях движения «Сорок сороков» содержатся высказывания, оправдывающие семейное насилие «под видом „сохранения“ псевдосемейных ценностей», которые могут привести к возбуждению ненависти или вражды. Также в публикациях против принятия документа можно найти противоправные призывы, считает Пушкина.

    В то же время звучат мнения, что закон развяжет войну между полами, поскольку многие его положения дают простор для всевозможных перегибов в семейных отношениях. Например, жена, не дождавшись от мужа шубы, сможет его шантажировать защитными предписаниями. Таким же образом могут решаться вопросы, если у супругов возникают разные точки зрения по поводу воспитания ребенка. В результате могут появиться случаи, когда один супруг несправедливо выгоняет второго из дома.

    «Право на безопасность»

    Андрей Синельников считает, что закон о домашнем насилии важен потому, что дает гражданам «право на безопасность». «Охранные ордера будут создавать препятствия для совершения противоправных действий. Без них сейчас домашние тираны чувствуют себя безнаказанными, а это порождает тяжкие преступления. Хочется надеяться, что при обсуждении законопроекта будет прописан также момент, что нельзя будет забрать заявления о насилии. Сейчас вот непонятно, почему забрала жертва свое заявление — по примирению или из-за опасений за собственную жизнь?» — добавил Синельников.

    Стоит добавить, что изначально также оговаривалось нововведение, которое предполагает перевод дел о домашнем насилии из частных в категорию частно-публичного обвинения. Это бы сняло с потерпевших непосильную для них обязанность самим собирать доказательства и потом идти с ними в суд. Жертвам насилия нужно было бы только подать заявление в полицию. Заявителями, как предполагалось, могли бы выступить свидетели или иные лица (например родственники пострадавшего). Оговаривалось также, что в любом случае прекратить преследование абьюзера будет невозможно — даже если стороны помирились. Однако в опубликованном законопроекте об этом речи не идет.

    «В нынешнем виде закон нерабочий»

    Эксперты раскритиковали официальную версию закона против домашнего насилия

  • На сайте Совета Федерации появился текст законопроекта «О профилактике семейно-бытового насилия». Общественная кампания в поддержку закона идет не первый год: в 2016 году в Госдуму уже вносили документ о профилактике домашнего насилия. Тогда он не дошел до первого чтения, а в 2017-м побои, впервые «совершенные в отношении близких лиц», декриминализовали: уголовная ответственность наступает только при повторном привлечении правонарушителя. В этот раз над созданием текста законопроекта трудилась рабочая группа при Совете Федерации. Юристы Мари Давтян и Алена Попова, которые изначально разрабатывали документ, считают текущую редакцию закона крайне неэффективной. Общественное обсуждение проекта продлится до 15 декабря — до этого времени в него можно внести поправки. Корреспондентка «Новой» вместе с экспертами разобралась, что сейчас не так с законопроектом.

    Читайте так же:  Куда подать заявление на уменьшение алиментов

    Что такое домашнее насилие и кто может стать его жертвой?

    Согласно документу, семейно-бытовое насилие — это «умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического и (или) психического страдания и (или) имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления».

    При этом физический вред — те же побои — всегда попадает под действие либо административного правонарушения, либо уголовного преступления, говорит член рабочей группы Совфеда по подготовке закона Мари Давтян. «Юридически и технически документ составлен так, что это просто невозможно использовать», — говорит юрист.

    «По сути, физическое насилие выпало из закона».

    «[На сайте] выложили только рамочный закон, но есть еще изменения в отдельные законодательные акты, которые идут приложением, — рассказывает Алена Попова, член рабочей группы по подготовке закона в Госдуме. — В том виде, в котором он сейчас написан, закон вообще нерабочий. Когда есть насилие, всегда есть признаки правонарушения или преступления».

    Видео (кликните для воспроизведения).

    К «лицам, подвергшимся семейно-бытовому насилию», закон относит бывших и нынешних супругов, людей с общим ребенком, близких родственников и людей, живущих вместе и ведущих совместное хозяйство, «связанных свойством». Последняя формулировка важна: согласно семейному праву, «свойство» — это отношения между людьми, возникающие из брачного союза одного из родственников. Получается, что в текущей редакции жертвы домашнего насилия, живущие в гражданском браке, не могут рассчитывать на защиту от государства.

    Среди принципов закона о домашнем насилии оказывается не защита жертвы от агрессора, а «поддержка и сохранение семьи». Еще один принцип — «добровольность получения помощи» жертвами семейного насилия. Исключения — несовершеннолетние и недееспособные люди.

    Кто займется профилактикой домашнего насилия?

    Заниматься делами, связанными с домашним насилием, будут органы внутренних дел, прокуратура, уполномоченный по правам человека и уполномоченный по правам человека, организации социального обслуживания (кризисные центры, центры экстренной психологической помощи) и медицинские организации, общественные объединения и НКО.

    Сотрудники ОВД, согласно документу, ведут профилактический учет, профилактический контроль и профилактические беседы, принимают заявления о факте насилия или его угрозе. Они же выносят защитное предписание для жертвы или же обращаются за ним в суд.

    Органы управления социальной защиты населения субъектов (к ним относятся государственные региональные органы) должны предоставлять жертвам социальные услуги, заниматься профилактическим воздействием (социальная адаптация и реабилитация жертв домашнего насилия, специализированные психологические программы), информировать органы внутренних дел о случаях семейного насилия или его угрозы.

    Организации соцзащиты предоставляют срочную помощь потерпевшим на основе заявления, поданного самой жертвой либо через законного представителя. Заявление может быть инициировано должностным лицом профильных органов и организаций.

    Надпись на плакате — отсылка к истории Маргариты Грачевой, которая лишилась кистей рук после избиения мужем. Фото: Светлана Виданова / «Новая газета»

    Закон подразумевает возможность создания специализированного социального обслуживания (они могут быть негосударственными и некоммерческими) для адаптации и реабилитации жертв домашнего насилия. Они должны оказывать не только срочную социально-психологическую помощь пострадавшим, но и правовую, медицинскую помощь, педагогические и экономические услуги.

    Попова при этом указывает, что, исходя из закона «О государственной социальной помощи», рассчитывать на бесплатные услуги могут только нуждающиеся люди — например, малоимущие. Она настаивает, что признанная жертва домашнего насилия должна получать юридическую помощь бесплатно.

    Такие организации по закону тоже должны информировать сотрудников ОВД о фактах семейного насилия либо же о его угрозах или предоставлять им данные о обратившимися за помощью «в связи с проведением расследования, осуществлением прокурорского надзора или судебным разбирательством».

    Общественные объединения и НКО среди прочего могут содействовать примирению агрессора и жертвы. Против этого выступает Попова: она утверждает, что за примирением обычно следует новый эпизод насилия над потерпевшей, нередко заканчивающийся убийством.

    «Примирение означает, что жертве говорят: “Дура, сама виновата. А дети, а семья?! Примирись с Васей быстренько! ” А Вася чувствует, что за ним вся мощь государства», — говорит Попова.

    Юрист также настаивает на необходимости межведомственной коммуникации. «Статистику должны собирать разные субъекты. Полиция — свою, органы соцзащиты — свою, а медики — свою. Потому что, поверьте, статистика у них будет разная», — согласна с коллегой Мари Давтян.

    Из-за чего можно возбудить уголовное дело о домашнем насилии?

    Заявление о факте домашнего насилия может подать пострадавшая(-ий) или его законный представитель. Дело также возбуждается по решению суда, из-за, информации, поступившей от органов власти, обращений граждан, узнавших о домашнем насилии. Если сотрудник ОВД установил факт насилия, также заводится дело.

    Однако о фактах угрозы граждане могут сообщать только в том случае, если потенциальная жертва находится в «беспомощном или зависимом состоянии». «По тексту закона, если граждане сообщат до «свершившегося насилия», а угрозы высказаны жертве, которая не находится в беспомощном или зависимом состоянии, то это не будет основанием для мер профилактики», — отмечает Алена Попова.

    «Новая газета»: большинство осужденных в России женщин-убийц защищались от мужей

    Проблема домашнего насилия в стране не преувеличена, как высказался заместитель министра юстиции Максим Гальперин, а, наоборот, имеет огромные масштабы.

    Об этом 25 ноября, в Международный день борьбы за ликвидацию насилия в отношении, женщин рассказала «Новая Газета».

    Оказалось, что большинство женщин, отбывающих наказание в российских тюрьмах за убийство, защищались от своих супругов и партнеров. Из осужденных за превышение самообороны женщин 91% пытались спастись от мужчин-родственников, мужей или сожителей. Мужчин же, отбывающих наказание по такой же статье, всего 3%.

    По словам адвоката Елены Соловьевой, защищавшей в суде Галину Каторову, которая ударила ножом душившего и избивавшего ее мужа, суды приводят одну и ту аргументацию, отправляя женщин за решетку: «обвиняемая должна была действовать социально приемлемым способом». Этот способ предполагает убежать и спрятаться. Отметим, что Каторову сначала приговорили по статье 105 УК РФ («Убийство»), затем обвинение было переквалифицировано на причинение тяжких телесных повреждений, приведших к смерти, а после Приморский краевой суд и вовсе оправдал ее.

    Читайте так же:  Материнский капитал в зачет автомобиля

    Сообщается, что за умышленное убийство в период с 2017 по 2018 годы были осуждены 2226 россиянок, а за причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть – 950. Из более четырех тысяч приговоров, которые проанализировали авторы исследования, 79% осужденных за убийство были жертвами домашнего насилия.

    Отметим, что в заключениях психиатрических экспертиз часто говорится о том, состояние женщины в момент убийства нельзя назвать аффектом, так как «насилие носило для нее системный характер», а следовательно, можно было бы к нему и привыкнуть.

    Что касается дел россиянок, осужденных за превышение пределов самообороны, то здесь 9 из 10 женщин оборонялись от своих партнеров (83%) или родственников-мужчин (8%). При этом защита от незнакомца составляет 5%. В 40% вынесенных приговоров указано, что погибший избивал осужденную регулярно.

    Оказывается, исход судебного заседания в деле о превышенной самообороне зависит, в основном, от того, применял ли оружие погибший. Так судьи оценивают угрозу жизни и здоровью – если на женщину мужчина бросался со сковородой, то и защищаться от него следовало сковородой, а если шел с голыми руками, то обороняться надо было тоже кулаками. Если же женщина взяла для обороны от безоружного мужчины любой предмет, это нарушение закона. Отметим, что женщины защищаются от мужчины ножом в 93% случаев – зачастую кухонный нож становится единственным, что попадает им под руку.

    Директор центра по работе с насилием «Насилию.нет» Анна Ривина утверждает, что женщин бьют не потому, что они «хорошие или плохие», а именно потому, «что их можно воспринимать как собственность». По е словам, судьи не понимают, что дела о самообороне становятся результатом долгих лет издевательств.

    Отметим, что родственники четырех женщин, погибших от домашнего насилия, обратились к главе Министерства юстиции РФ Александру Коновалову проверить на профпригодность заместителя главы ведомства – Максима Гальперина, который ранее заявлял о том, что масштаб проблемы насилия в семье и масштаб его дискриминационного влияния на женщин в России существенно преувеличены.

    Примечательно, что 22 ноября в Париже состоялся митинг против домашнего насилия. Акция собрала 49 тысяч человек. Одновременно с этим, митинг против закона о декриминализации домашнего насилия состоялся и в Москве. На него пришли всего две сотни горожан.

    Коммерсантъ: Российское правительство отказалось признавать домашнее насилие пытками

    Государство не должно выплачивать компенсации женщинам, пострадавшим от домашнего насилия из-за бездействия полиции. Об этом говорится в замечаниях замминистра юстиции Михаила Гальперина к жалобам четырех россиянок, рассматриваемым в ЕСПЧ.

    Наталью Туникову муж пытался сбросить с 16 этажа и избивал, при попытке защититься она ударила его ножом. Супруг Елены Гершман избивал ее, а затем вывез дочь в другую страну и не давал видеться с ребенком. Ирина Петракова также перенесла побои и насилие, причем даже после развода. Маргариту Грачеву после предложения о разводе муж вывез в лес и отрубил кисти рук.

    Женщины просили квалифицировать насилие в отношении них как пытки, причиной которых стало в том числе и бездействие полиции. Как отметила в разговоре с газетой юрист Татьяна Саввина, Комитет ООН по правам человека, Комитет ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин и Комитет ООН против пыток признали, что серьезные случаи домашнего насилия могут быть расценены как пытки.

    В ответе России сказано, что, согласно статье 3 Конвенции о защите прав и свобод человека (запрет пыток), государство не может нести ответственности в случаях, если пытки «причинялись им в результате действий частных лиц».

    Кроме того, в документе отмечается, что если во время расследования дела предполагаемого обидчика привлекли к административной ответственности, то девушки не могут оспаривать законность действий или бездействия полиции. По версии правительства, для этого есть глава 22 КоАП (о полномочиях должностных лиц), и потерпевшие должны подавать отдельный иск о действии или бездействии полиции.

    Ранее Минюст в меморандуме для ЕСПЧ ( см. “Ъ” от 19 ноября 2019 года ) заявлял, что существующее законодательство эффективно, острой необходимости принятия специальных актов о насилии в семье нет, а в жалобе наблюдается дискриминация по отношению к мужчинам. По версии Гальперина, обратившись в ЕСПЧ, россиянки пытались «подорвать правовые механизмы, уже существующие в российском законодательстве, а также усилия правительства для улучшения ситуации». После общественного возмущения в Минюсте допустили в случае необходимости возможность «дальнейшего совершенствования» законодательства. Тогда в ответ на этот меморандум представители заявительниц направили 80-страничный документ с анализом существующего в России законодательства ( см. “Ъ” от 8 февраля ). Они доказывали, что указанные Минюстом меры либо не применяются в реальности, либо относятся к другим преступлениям, либо оборачиваются финансовым и организационным бременем для самих жертв, а не для агрессоров.

    Новая газета домашнее насилие

    Президентский Совет по правам человека (СПЧ) подготовил законопроект, в котором предлагает закрепить понятие «семейно-бытовое насилие» и права пострадавших от него. В частности, пострадавший, согласно предложению СПЧ, может получить право обратиться за так называемым защитным предписанием, говорится в документе. Текст законопроекта есть в распоряжении РБК, его подлинность подтвердили два источника в СПЧ.

    В разработке документа приняла участие зампредседателя комитета Госдумы по делам семьи, женщин и детей Оксана Пушкина. По ее словам, основная цель законопроекта — не вводить дополнительные или более строгие санкции, а предусмотреть превентивные меры по профилактике правонарушений. «Предусмотренные законопроектом меры не являются наказаниями за правонарушение, это временные меры по недопущению новых или более тяжких правонарушений и по защите пострадавших», — пояснила депутат.

    Предложения СПЧ станут основой законопроекта о семейно-бытовом насилии, который разрабатывается в Совете федерации по поручению Валентины Матвиенко, рассказал РБК источник в верхней палате парламента. Финальную версию документа будут вносить сенаторы.

    Что предлагает СПЧ

    • Семейно-бытовым насилием предлагается считать умышленное противоправное действие или бездействие либо угрозы в отношении близких родственников или их имущества.
    • Положения законопроекта распространяются не только на формальных родственников, но и на всех проживающих совместно, а также бывших супругов и усыновленных детей. «Например, в июле ЕСПЧ вынес решение по обращению Валерии Володиной, которую в течение нескольких лет преследовал бывший партнер — избивал ее, отправлял с разных номеров угрозы и оскорбления, — отметила адвокат Ольга Гнездилова. — Что касается усыновленных и усыновителей, то страдать от насилия могут и дети, находящиеся под опекой или проживающие в чужих семьях безо всякого оформления, как это случилось с Аишей Ажиговой, которую искалечили в семье тети».
    • Вводится понятие профилактики семейно-бытового насилия: предупреждение и пресечение насилия, его выявление и устранение его условий.
    • Закон призван обеспечить защиту прав жертв насилия, дать им возможность психологической реабилитации и помочь с социальной адаптацией.
    • Правом на защиту смогут пользоваться жертвы насилия или третьи лица, если есть основания полагать, что правонарушитель может причинить им вред.
    • Заниматься профилактикой насилия предлагается федеральным, региональным и местным органам власти, следственным органам и комиссиям по делам несовершеннолетних.
    Читайте так же:  Опекунство над ребенком при разводе

    За/против домашнего насилия

    В 2016 году в Госдуму был внесен законопроект о профилактике семейно-бытового насилия, но он не прошел первое чтение. До 2017-го побои «в отношении близких лиц» фигурировали в ст. 116 Уголовного кодекса, но два года назад был принят закон о декриминализации побоев в семье, разработанный сенатором Еленой Мизулиной. Он перевел побои близких родственников из разряда уголовных преступлений в административные правонарушения в случаях, когда такой проступок совершен впервые. Мизулина утверждала, что возможность уголовного наказания за побои родственников может нанести «непоправимый вред семейным отношениям».

    Уполномоченный по правам человека в России Татьяна Москалькова назвала принятие закона о декриминализации побоев в семье ошибкой. Столичный омбудсмен Евгений Бунимович связывал с декриминализацией домашних побоев рост числа случаев жестокого обращения с детьми. «Теперь наказание за побои детей — штраф. Штраф взимается с той же семьи и бьет в том числе по тем же детям, которые и так пострадали», — пояснил он.

    Какую защиту для жертв предлагает СПЧ

    Согласно документу жертвам насилия предлагается выдавать защитные ордера (принудительное предписание), которые:

    • запрещают преследователю приближаться к пострадавшему;
    • вводят для нападавшего необходимость пройти специализированную психологическую программу;
    • в исключительных случаях обязывают нападавшего покинуть место совместного жительства и передать пострадавшему его личное имущество и документы, а также возместить имущественный и моральный вред;
    • обязывают нападавшего возместить жертве расходы на оплату консультирования или пребывания во временном жилом помещении.

    Ордера будут двух типов — судебные и внесудебные. По примеру западных стран, например США, полиция сможет выдавать внесудебное защитное предписание при получении информации о насилии в семье. При наличии такого ордера нарушителю будет запрещено приближаться к жертве ближе чем на 10 м. Он также будет обязан являться в органы внутренних дел для профилактических бесед до четырех раз в месяц.

    Судебное защитное предписание обяжет нарушителя покинуть место совместного проживания с пострадавшим независимо от того, кто является собственником квартиры.

    Под профилактикой семейно-бытового насилия в СПЧ понимают:

    • правовое просвещение;
    • профилактические беседы;
    • объявление официального предостережения, что дальнейшее противоправное поведение в отношении близких лиц недопустимо;
    • предупредительное предписание;
    • профилактический учет;
    • профилактический надзор;
    • помощь в социальной адаптации пострадавшим от семейно-бытового насилия;
    • специализированные психологические программы.

    По мнению Гнездиловой, запрет на приближение к жилищу пострадавшего позволяет экономнее расходовать бюджетные средства: не строить в большом количестве убежища для жертв домашнего насилия. «Это в течение многих лет было отговоркой властей против закона, мол, мы не можем позволить себе эти расходы, — уточнила адвокат. — Вопрос раздела совместно нажитого имущества может быть решен позже в суде в законном порядке». Если квартира является съемной, то покинуть ее должен нарушитель, а не пострадавший, считает юрист.

    Она опасается, что защитные ордера могут использоваться в имущественных спорах, но ответственность за это уже прописана в российском законодательстве — и за заведомо ложный донос, и за фальсификацию документов.

    Предупредительное внесудебное предписание законопроект предлагает выносить при наличии данных, указывающих на совершение домашнего насилия либо попытки его совершения сроком на месяц, оно может быть продлено до двух месяцев, пояснила РБК Пушкина. Судебное предписание выносится мировым судьей по заявлению пострадавшего либо по заявлению субъектов профилактики домашнего насилия на срок от месяца до года и может быть неоднократно продлено на общий срок, не превышающий два года.

    В предлагаемом СПЧ варианте документа согласие пострадавшего на вынесение судебного защитного предписания не требуется. За помощью может обратиться не только сама жертва, но и ее законные представители. Также основанием для профилактики насилия могут стать приговор, определение или постановление суда.

    Глава думского комитета по делам семьи Тамара Плетнева заявила РБК, что профилактика домашнего насилия требует обсуждения. «Конечно, оставить без внимания эту тему нельзя, но как в Америке — тоже нельзя. У них свои представления о семье и об ордерах», — считает она. По словам Плетневой, у нее двоякое отношение к этой проблеме: «С одной стороны, нельзя женщин бить. С другой — у нас же люди быстро мирятся. Мужу этот ордер выпишут или посадят, не дай бог, а кто деньги будет зарабатывать. »

    Как еще можно защитить жертв насилия

    Видео (кликните для воспроизведения).

    Для комплексной и эффективной защиты российских женщин необходима ратификация конвенции Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием (Стамбульской конвенции), считает Ольга Гнездилова. «В ближайшее время эту процедуру завершит Азербайджан, а Россия останется единственной страной Совета Европы, не присоединившейся к этим обязательствам», — отметила она. Конвенция предусматривает комплексный подход к борьбе с домашним насилием, но не только с его последствиями через охрану или привлечение к ответственности, но и на этапе предотвращения. Европейский документ также разделяет виды насилия — физическое, психическое (угрозы, изоляция), экономическое (лишение средств, запрет выйти на работу), сексуальное насилие, в том числе в браке. Это разделение не описано в законопроекте СПЧ. «Конвенция запрещает среди прочего преследование (сталкинг), сексуальные домогательства и женское обрезание», — отметила Гнездилова.

    Источники

    Новая газета домашнее насилие
    Оценка 5 проголосовавших: 1

    ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

    Please enter your comment!
    Please enter your name here