Проблема домашнего насилия в россии

Мы подготовили ответы на вопросы по теме: "Проблема домашнего насилия в россии" с комментариями специалистов. Уточнить данные на 2020 год можно у дежурного консультанта.

Почему в декриминализации домашнего насилия в РФ нет ничего хорошего

В МВД России нашли положительные стороны в декриминализации статьи УК «Побои». По просьбе DW правозащитники объяснили, почему эта оценка глубоко ошибочна.

В мае в ведомственном журнале МВД России была опубликована статья с анализом преступлений в российских семьях. Ее автор, генерал-лейтенант полиции Юрий Валяев, сообщил, что число семейно-бытовых правонарушений в стране уменьшается уже несколько лет. Среди причин, по его мнению, — декриминализация побоев (в 2017 году статья «побои» была удалена из УК России, а за семейное насилие введена административная ответственность. — Ред.). По мнению Валяева, это помогает полицейским ставить нарушителей на учет и вести с ними профилактическую работу.

Эпидемия домашнего насилия в РФ

Однако правозащитники говорят об обратном эффекте. Побои в семьях, по их оценкам, не просто не сократились, а выросли в несколько раз и превратились в настоящую эпидемию. Это подтверждают данные правозащитной организации Human Rights Watch, кризисного центра для женщин «Анна» и судебного департамента Верховного суда РФ (176 тысяч зарегистрированных дел о побоях только в 2018 году).

«Конечно, это заявление полицейского противоречит действительности. Функцию профилактики декриминализация не то что не выполнила, а еще и ухудшила», — уверена глава проекта «Насилию.Нет» Анна Ривина. По ее словам, перевод побоев из уголовного кодекса в административный превратил насилие в семье в малозначимую проблему. Как для полицейских, так и для общества в целом.

«Пострадавшим не хотят помогать»

Присказка «бьет — значит, любит» и призывы «не выносить сор из избы» привели к тому, что, по разным подсчетам, около 70-90% жертв вообще не идут в полицию в случаях домашнего насилия. А те, кто все же подают заявления, часто забирают их обратно. Безучастное отношение полицейских — норма в случае домашнего насилия, сетуют эксперты.

Около 70-90% жертв домашнего насилия в России вообще не идут в полицию

«Это системная проблема, когда пострадавшим не хотят помогать. На них просто не обращают внимания, — констатирует Анна Ривина. — Даже те случаи, которые доходят до суда, — это штрафы. Но это не превентивная мера». С ней согласна адвокат и правозащитница Мари Давтян. По ее словам, в полиции месяцами отказываются рассматривать административные дела о побоях, считая их малозначимыми.

КОНСУЛЬТАЦИЯ ЮРИСТА


УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

8 800 350 84 37

Те дела, которые все же принял участковый, разваливаются еще до суда. «Причин много: скажем, не сумели найти обидчика или результаты экспертизы недостаточны, скажем, после ударов нет синяков или других следов от ударов», — поясняет адвокат Алексей Паршин. Он участвовал во многих резонансных делах и сейчас защищает одну из сестер Хачатурян, которую обвиняют в убийстве своего отца.

«Сначала шлепки, потом удары«

Реально же на случаи домашнего насилия начинают обращать внимание только тогда, когда доходит до тяжких телесных повреждений или смерти. Причем как обидчика, так и жертвы, которая стала обороняться.

«К сожалению, часто, когда женщины приходят в полицию, на их обращения не реагируют и после этого происходит что-то действительно ужасное, — продолжает Анна Ривина. — Например, как в случае с Маргаритой Грачевой, которой муж отрубил кисти рук. Сейчас уже все больше и больше дел, когда полицейских начинают обвинять в халатности, когда они абсолютно бездействовали».

Контекст

Домашнее насилие: как борются против него в Германии

Каждая третья женщина в мире становится жертвой насилия. Чтобы напомнить об этой проблеме, 25 ноября отмечается День борьбы против насилия над женщинами. Как решают проблему в ФРГ? (24.11.2018)

Комментарий: Домашнее насилие — сажать нельзя штрафовать

Отмена уголовного наказания за побои в семье обнажает кризис судебно-правоохранительной системы: и оставлять как есть нельзя, и менять страшно. Комментарий Александра Плющева специально для DW. (13.01.2017)

Насилие в семье обычно идет по нарастающей. «Сначала шлепки, потом удары, потом членовредительство, — добавляет Алексей Паршин. — Российские колонии заполнены женщинами, которые оборонялись кухонными ножами от агрессивных мужей. Суд крайне редко встает на сторону таких жертв». Все это — следствие домашнего насилия с отсутствием какой-либо профилактической работы, уверен адвокат.

Когда в РФ примут закон против домашнего насилия?

Самым эффективным инструментом в борьбе с домашним насилием эксперты называют принятие специальных законов. В них, например, должно быть прописано, кого считать жертвой насилия, а кого — домашним агрессором. Предусмотрены и меры защиты пострадавших, например охранные ордера и запреты на приближение и преследование.

«Сейчас повод для разбирательства случаев домашнего насилия — это боль. А если, скажем, муж просто дебоширит, каждый день запугивает жену и ребенка, ломает двери, бьет посуду и ругается матом в пьяном виде? Что с такими людьми делать? Сейчас нет никаких мер, которые можно было бы принять», — отмечает адвокат Паршин.

В разных формах законы против домашнего насилия уже действуют в 144 государствах. Россия — последняя из стран-членов Совета Европы, где такой закон не принят. Его проект существует уже несколько лет, но в Госдуме не прошел ни одного чтения.

Сторонников этого законопроекта в нижней палате российского парламента мало — один из предыдущих вариантов депутаты отклонили, рассказывала уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова. Она одной из первых на государственном уровне признала, что декриминализация побоев в семье — это большая ошибка.

Подписывайтесь на наши каналы о России, Германии и Европе в | Twitter | Facebook | Youtube | Telegram | WhatsApp

Художники выступили против насилия

Знакомые преступники

В странах ЕС с сексуальным и физическим насилием хотя бы один раз сталкивалась каждая третья женщина. В большинстве случаев преступниками являются бывшие и настоящие мужья и партнеры.

Художники выступили против насилия

Борьба за жизнь

25 ноября объявлен ООН Международным днем борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин в память о сестрах Мирабаль, убитых за сопротивление диктаторскому режиму в Доминиканской Республике. Обратить внимание на проблему насилия — задача художников, чьи работы выставлены в Женском музее Бонна. Картины серии «Курдские женщины и их борьба за жизнь» написаны беженками из Ирака, Сирии и Турции.

Художники выступили против насилия

Сто тысяч в год

По данным Федерального ведомства по уголовным делам (Bundeskriminalamt — BKA), в 2015 году жертвами домашнего насилия в Германии стали более ста тысяч женщин. В 331 случае полученные ими травмы оказались смертельными.

Читайте так же:  Признаки жестокого обращения с детьми

Художники выступили против насилия

Тревожный сигнал

К насилию относятся не только побои, но и угрозы, оскорбления, психологическое и эмоциональное давление. Эти действия по отношению к женщинам могут стать первыми сигналами к возможному физическому насилию.

Художники выступили против насилия

Знакомые преступники

В странах ЕС с сексуальным и физическим насилием хотя бы один раз сталкивалась каждая третья женщина. В большинстве случаев преступниками являются бывшие и настоящие мужья и партнеры.

Художники выступили против насилия

Холодное оружие

Палки, ножи, бутылки — объекты снимков фотографа Дирка Дэмлова (Dirk Dähmlow). В серии под названием «Называть вещи своими именами» запечатлены орудия издевательств над женщинами из Германии, России, Бразилии, Индии, Эфиопии, Замбии и Буркина-Фасо.

Художники выступили против насилия

Сто тысяч в год

По данным Федерального ведомства по уголовным делам (Bundeskriminalamt — BKA), в 2015 году жертвами домашнего насилия в Германии стали более ста тысяч женщин. В 331 случае полученные ими травмы оказались смертельными.

Художники выступили против насилия

Нужен ли в Беларуси закон о противодействии домашнему насилию?

В Беларуси уже есть законы, по которым наказывают за насилие в семье. Почему их недостаточно для противодействия насилию, выясняла DW. (18.10.2018)

Материалы по теме

http://lenta.ru/go/ynnK

Ведомство признало необходимость отдельного закона для защиты жертв

Министерство юстиции РФ направило официальное письмо родственникам жертв домашнего насилия. Ранее они требовали у ведомства проверить замминистра Михаила Гальперина на профпригодность: чиновник утверждал, что масштабы проблемы домашнего насилия в России «достаточно преувеличены», поэтому нет необходимости принимать отдельный закон по этой теме. Теперь представитель Минюста заверил родственников жертв, что министерство «полностью поддерживает» проект закона о профилактике семейно-бытового насилия, однако не уточнил, о какой версии документа идет речь.

Открытое письмо министру юстиции Александру Коновалову направили в конце ноября родственники четырех россиянок, погибших из-за домашнего насилия. Вместе с юристами правозащитной организации «Зона права» они попросили министра провести ведомственную проверку в отношении замглавы ведомства Михаила Гальперина «в связи с его официальной позицией по ситуации с домашним насилием в России». Их возмутил официальный ответ от имени правительства России для Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), который был подписан господином Гальпериным — уполномоченным РФ при ЕСПЧ. Как сообщал “Ъ” (см. номер от 19 ноября), в этом документе говорилось, что «явление насилия в семье, к сожалению, существует в России, как и в любой другой стране», но утверждалось, что «масштабы проблемы, а также серьезность и масштабы его дискриминационного воздействия на женщин в России достаточно преувеличены». В конце письма на английском языке чиновник делал вывод, что для России «нет особой необходимости в принятии конкретных нормативных актов, касающихся явления насилия в семье».

Спустя месяц родственникам убитых женщин ответил Андрей Федоров, руководитель аппарата Михаила Гальперина. Он не стал сообщать, была ли проведена министерством проверка его руководителя. При этом он пояснил, что ответ господина Гальперина для ЕСПЧ «является состязательным документом, подчиненным определенным требованиям Конвенции о защите прав человека»: «При выстраивании своей аргументации по конкретному делу Минюст России исходит из требований прецедентной практики ЕСПЧ по аналогичным делам». Чиновник еще раз повторил, что «серьезная проблема насилия является общей для многих стран, в том числе актуальна для Российской Федерации» и что «государство обязано обеспечить безусловную защиту от насилия, независимо от того, кто является его жертвой».

Господин Федоров напомнил, что этим летом вступило в силу постановление европейского суда по делу о домашнем насилии «Володина против России». По его словам, «российские власти принимают все необходимые меры по исполнению данного постановления». «В частности, проект федерального закона о профилактике семейно-бытового насилия в настоящее время разрабатывается и полностью поддерживается Минюстом России,— заявил чиновник.— В том числе с учетом озвученных ЕСПЧ позиций в части возможности предоставления защитных предписаний, которые должны стать эффективным превентивным средством и способствовать защите прав жертв семейно-бытового насилия».

Как Россия ответила ЕСПЧ на запрос о домашнем насилии

«Надеемся, что в дальнейшем уполномоченный РФ при ЕСПЧ будет признавать очевидные факты не только под давлением общественности. А мы за этим обязательно проследим,— заявил вчера “Ъ” координатор «Зоны права» Булат Мухамеджанов.— Ведь позиция Минюста есть отражение официальной точки зрения России по жалобам, которые направляют в Страсбург пострадавшие».

Однако из ответа Андрея Федорова не ясно, какой именно законопроект поддерживает Минюст — итоговый документ все еще не представлен и не внесен в Госдуму. 29 ноября проект законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия представил Совет федерации, однако этот документ сразу после опубликования вызвал критику: им остались недовольны как юристы и правозащитники, так и «консервативно» направленные организации. После это в Совфеде несколько раз подчеркнули, что законопроект не является окончательным, вывешен он для общественного обсуждения, авторы будут анализировать все присланные отзывы и предложения и дорабатывать проект. Число обращений в Совфед превысило 11 тыс.

Опрошенные “Ъ” участники рабочей группы в Совете федерации затруднились сообщить, в чем заключается участие Минюста в разработке законопроекта, так как «группа большая». В частности, член рабочей группы юрист Мари Давтян (ранее была также членом рабочей группы по разработке законопроекта в Госдуме) сказала “Ъ”, что ей неизвестна «сформированная позиция Минюста».

«Избитая голышом выбежала на улицу»

Незаменимая поддержка

До сих пор тема насилия является табу. Тем не менее, во всех городах Германии круглосуточно работают горячие линии для жертв преступлений. Помимо немецкого консультанты владеют несколькими иностранными языками и могут оказать необходимую поддержку. Кроме того, женщины могут обратиться в специальные дома — Frauenhäuser, в которых можно переночевать и получить первую помощь.

Половина россиянок оказались жертвами домашнего насилия

Названа доля россиянок, которые подвергались домашнему насилию. Об этом стало известно из результатов опроса «Леди Mail.ru», передает ТАСС.

Отмечается, что более половины опрошенных (56 процентов) подвергались домашнему насилию. При этом 86 процентов из них продолжали отношения с партнером, который применял к ним насилие.

Домашнее насилие: как борются против него в Германии

Каждая третья женщина в мире становится жертвой насилия. Чтобы напомнить об этой проблеме, 25 ноября отмечается День борьбы против насилия над женщинами. Как решают проблему в ФРГ? (24.11.2018)

Комментарий: Домашнее насилие — сажать нельзя штрафовать

Отмена уголовного наказания за побои в семье обнажает кризис судебно-правоохранительной системы: и оставлять как есть нельзя, и менять страшно. Комментарий Александра Плющева специально для DW. (13.01.2017)

Насилие в семье обычно идет по нарастающей. «Сначала шлепки, потом удары, потом членовредительство, — добавляет Алексей Паршин. — Российские колонии заполнены женщинами, которые оборонялись кухонными ножами от агрессивных мужей. Суд крайне редко встает на сторону таких жертв». Все это — следствие домашнего насилия с отсутствием какой-либо профилактической работы, уверен адвокат.

Читайте так же:  Развод с действующей ипотекой

Когда в РФ примут закон против домашнего насилия?

Самым эффективным инструментом в борьбе с домашним насилием эксперты называют принятие специальных законов. В них, например, должно быть прописано, кого считать жертвой насилия, а кого — домашним агрессором. Предусмотрены и меры защиты пострадавших, например охранные ордера и запреты на приближение и преследование.

«Сейчас повод для разбирательства случаев домашнего насилия — это боль. А если, скажем, муж просто дебоширит, каждый день запугивает жену и ребенка, ломает двери, бьет посуду и ругается матом в пьяном виде? Что с такими людьми делать? Сейчас нет никаких мер, которые можно было бы принять», — отмечает адвокат Паршин.

В разных формах законы против домашнего насилия уже действуют в 144 государствах. Россия — последняя из стран-членов Совета Европы, где такой закон не принят. Его проект существует уже несколько лет, но в Госдуме не прошел ни одного чтения.

Сторонников этого законопроекта в нижней палате российского парламента мало — один из предыдущих вариантов депутаты отклонили, рассказывала уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова. Она одной из первых на государственном уровне признала, что декриминализация побоев в семье — это большая ошибка.

Подписывайтесь на наши каналы о России, Германии и Европе в | Twitter | Facebook | Youtube | Telegram | WhatsApp

Художники выступили против насилия

Тревожный сигнал

К насилию относятся не только побои, но и угрозы, оскорбления, психологическое и эмоциональное давление. Эти действия по отношению к женщинам могут стать первыми сигналами к возможному физическому насилию.

Художники выступили против насилия

Почему в России домашние тираны бьют жен, детей и стариков — объясняет полицейский

Российские полицейские получают тысячи заявлений о фактах домашнего насилия. Мужья бьют жен, дети — пожилых родителей, однако уголовных дел по этим фактам практически не возбуждается. Так было не всегда, но дело даже не в декриминализации домашнего насилия. Обо всех причинах этого явления «Ленте.ру» рассказал московский полицейский, руководитель районного масштаба. Имя собеседника по его просьбе не публикуется.

«В комнате лампочка перегорела, и я стукнулась»

Я работаю «на земле» уже пятнадцать лет и могу с уверенностью сказать, что домашнее насилие (или семейно-бытовые конфликты, как их принято называть в нашем полицейском обиходе) — это бич любого спального района.

Сообщения по «02», связанные с теми или иными конфликтами и насилием в семье, поступают каждый день. Их реально очень много. Не могу даже сказать, какую долю такие сообщения составляют от общего потока, потому что многие женщины обращаются напрямую к участковым, приносят заявления в дежурные части или пишут на почту. Я полагаю, что это около 40 процентов от всего, с чем сталкивается полиция на земле.

Да, в большинстве случаев потерпевшими выступают женщины, а правонарушителями или преступниками — их сожители или мужья. Но также нередки ситуации применения насилия взрослых детей к своим родителям, что вообще, по-моему, в общественной среде никак не обсуждается.

Есть проблемы и с насилием в отношении несовершеннолетних. Здесь, наверное, ситуация благополучнее всего. Государство этой темой занимается вплотную. Есть подразделения по делам несовершеннолетних, органы опеки, районные комиссии по делам несовершеннолетних, школьные психологи и так далее. Есть воля бороться с насилием в отношении детей и у прокуратуры, и у судов.

Вернемся к наиболее классическому проявлению насилия на дому: муж бьет жену. Большинство таких историй не выплывает наружу. Особенно если это происходит один раз. Часто пострадавшие никуда и никому не жалуются вообще, даже своим родственникам и друзьям. Бывает так, что участковый замечает следы побоев на лице у женщины, пробует расспросить, а в ответ слышит либо историю про то, как «в комнате лампочка перегорела, и я стукнулась», либо — «сами разберемся, ступай».

Видео (кликните для воспроизведения).

С ними нужно работать, безусловно. Вот именно там, в этой тишине и замкнутости, я считаю, возникает риск совершения бытовых убийств или причинения тяжких телесных повреждений. Всем ли известно, что самое распространенное орудие убийства у нас в России — это кухонный нож?

Вся надежда только на то, что в семье тирана есть не только молчаливая жена, но еще и дети, которые ходят в детский сад, школу. Там уже проблемы в семье могут заметить специалисты.

«Дознаватели были завалены материалами об угрозах убийством»

Даже не буду рассуждать об этих скрытых эпизодах насилия, потому как есть масса эпизодов явных, открытых — мы с ними-то не можем толком разобраться. Это не только те, кому совсем туго, но и те, кто не хочет запускать ситуацию, а еще и те, кто преследует свои корыстные цели: запугать, шантажировать, вытурить супруга с жилой площади, ну, и наконец, просто нездоровые граждане, которым приносит удовлетворение общение с полицейскими.

Так или иначе, в каждом подъезде любой столичной многоэтажки живет такой мужчина, который систематически тиранит свою жену, детей или мать. И он в таком своем качестве уже известен полицейским.

Как изменилась работа полиции со случаями насилия в семье, можно заметить по статистике возбуждаемых в районных ОМВД уголовных дел. Пятнадцать лет назад дознаватели были завалены материалами об угрозах убийством (119 УК) и о побоях (116 УК). Сейчас же подобных дел единицы.

Что произошло? Проблема крылась в палочной системе. Если дежурный передавал участковому информацию, что по такому-то адресу «семейный скандал», то руководство уже предполагало, что результатом поездки станет раскрытое уголовное дело. С таким пониманием ситуации участковый, работая с потерпевшей, подталкивал, подгонял ее историю к общепринятой фабуле: «разъяренный муж схватился за нож и стал размахивать им перед моим лицом — это я восприняла как реальную угрозу своей жизни». Дальше подтягивалась соседка, которая подтверждала, что якобы слышала, а может, и видела такое. Потом изымался нож, с которого даже отпечатки пальцев не снимали. А увенчивал всю эту картину допрос подозреваемого, в ходе которого ему разъяснялась возможность примириться в суде при условии, что он признает вину. И большинство вину признавало.

Статья о побоях применялась более честным способом, но сути проблемы это не решало. Потерпевшие и полицейские преследовали разные цели: первые хотели получить помощь и защиту от домашнего насилия, а вторые — формально выполнить план по раскрываемости преступлений.

Реальных сроков по этим статьям никто не получал (в основном они отделывались штрафом или условкой). Домашние тираны возвращались в семью, часто — еще более обозленные на своих жен, чем прежде. И все повторялось заново. Так, особо упорные мужчины получали по две, три и даже четыре судимости. Все без толку.

Читайте так же:  Отказ от собственного ребенка

«Нагрузки теперь просто космические»

Перемены происходили постепенно. Они были связаны не только с декриминализацией статьи 116, но это событие стало важным толчком к тому, чтобы полицейские стали меньше обращать внимания на то, что происходит в семьях. Мол, слишком много геморроя.

У прокуратуры возросли требования к доказыванию умышленности преступлений. Вот, к примеру, одно из недавних редких теперь дел об угрозе убийством (мужчина угрожал другому мужчине) получило ход только благодаря наличию видеозаписи. Это позитивные перемены, думаю.

Современные полицейские — это молодые люди, которые хорошо дружат с техникой. Они стали с легкостью раскрывать такие преступления, которые прежде были безнадежными висяками. Последний пример: у женщины в поликлинике украли кошелек. Так ребята отследили злодейку по камерам до автобуса, потом по номеру билета, который она приложила к валидатору установили ее личность. В результате задержана пожилая женщина — профессиональная карманница.

Но никто не «натягивает» теперь конкретный бытовой случай на статью. Страшновато, да и зачем? (Есть риск, что прокуратура или начальство проведут проверку и привлекут к ответственности за фальсификацию доказательств.) Большинство обращений и заявлений о домашнем насилии, которые прежде получали развитие в уголовной плоскости, остаются без какой-либо реакции вообще. Административных дел о побоях (6.1.1 КоАП) мало. Уголовных дел о побоях вообще не возбуждается, хотя в статье ведь говорится, что она применяется в случае совершения преступления в отношении близких.

Все это не потому, что полицейские такие черствые и бессердечные люди. Просто нагрузки на тех, кто трудится на «земле», теперь просто космические. Еще 15 лет назад, по приказу, на каждого участкового приходились три тысячи человек населения, на старшего участкового — 1,5 тысячи. В настоящее время на одного сотрудника, по факту, приходится от шести до девяти тысяч, то есть каждый тянет по два или три участка.

При таком раскладе времени на то, чтобы работать с трудными семьями, заниматься профилактикой домашнего насилия, просто не остается. Участковому приходится делать то, на чем акцентирует его внимание руководство: ищет нелегальных мигрантов, угнанные машины и так далее. А на домашнем насилии внимание не акцентируется.

Целыми днями можно сидеть на опорном пункте и только отписывать бессмысленные материалы по случаям нарушения тишины. При этом ведется двойной документооборот: в бумажном и электронном виде.

«Избитая мужем женщина выбежала голышом на улицу»

Теперь что касается отказных материалов. Не надо думать, что если на ваше заявление полицейский ответил отказным постановлением, то это все равно, что он выкинул материал на помойку. Нет!

Во-первых, есть такие случаи, когда нам все-таки удается возбудить уголовное дело об истязании в отношении домашнего тирана. На моей памяти был, правда, лишь один такой. Избитая мужем женщина выбежала голышом на улицу. Тогда мы собрали показания свидетелей, в том числе друзей подозреваемого, которые подтвердили, что тот бил ее в их присутствии, и присовокупили отказные материалы по ее прежним заявлениям, которые подтвердили, что преступление было длительным.

Во-вторых, отказные материалы принесут большую пользу после принятия закона о домашнем насилии. Да, я уверен, что такой закон нужен — и он будет принят. И он должен стать основой для большой и системной работы.

Здесь следует как с несовершеннолетними — создать комиссии по делам о домашнем насилии на районном уровне. Ничего сложного в этом нет. Включить в работу психологов, врачей, сотрудников опеки, полицейских. Зачем? Чтобы ставить тиранов на особый учет. К примеру, сроком на один год. Работать с ними и с их жертвами, с их детьми.

Приехали полицейские по «02» на семейный скандал, собрали материал и отдали в комиссию. А участковому, имея на руках справку из этого органа, после получения дальнейших сигналов от потерпевшей уже не надо будет распинаться перед прокуратурой и дознавателем, доказывая, что вот этот человек — истязатель.

«Хватает за ворот и грозится набить ему морду»

Зачем еще полицейским закон о домашнем насилии и такая комиссия? Да чтобы снять с себя ответственность. Частично.

Ведь на практике сейчас встречаются две крайности. В одном случае, участковый действует строго по форме: сперва принимает заявление, а затем, через два дня, когда потерпевшую хорошенько обработает или отлупит злодей, прикрепляет к материалу ее новое заявление, что никаких претензий она к мужу не имеет (даже не заявление порой, а скриншот сообщения из мессенджера с ее номера). Так ситуация подводится под «примирение» или отказной, а потом вдруг человека убивают и крайним объявляют участкового, хотя тот формально ничего не нарушил. Просто отнесся к проблемам потерпевшей равнодушно.

А в другом случае — наш парень хватает злодея за ворот и грозится набить ему морду, если тот еще раз позволит себе распускать руки. Оборачивается порой такой метод жалобами на самого участкового, его увольнением или привлечением к ответственности, если морду тот злодею действительно набьет. И потерпевшая, которую полицейский защищал, и откуда-то вдруг возникшая мать мужчины будут хором кричать о ментовском беспределе.

Не надо вынуждать участковых заниматься самодеятельностью. Проблема домашнего насилия есть, ее нужно признать на государственном уровне и принять конкретную программу действий.

Россия ответила ЕСПЧ на запрос о домашнем насилии

Российское правительство не рассматривает домашнее насилие в качестве «серьезной проблемы» и считает, что его масштабы в стране «достаточно преувеличены». Такая позиция высказана в официальном ответе Минюста в ЕСПЧ, где рассматриваются дела четырех женщин, включая Маргариту Грачеву, которой бывший муж отрубил кисти рук. Более того, российские власти предполагают, что в ситуации домашнего насилия мужчины больше страдают от дискриминации, поскольку в их случае не принято просить о защите от лиц другого пола. Авторы документа делают вывод, что России не нужен отдельный закон о домашнем насилии, а пострадавшие женщины «пытаются подорвать усилия, которые правительство предпринимает для улучшения ситуации».

Летом 2019 года ЕСПЧ направил правительству РФ вопросы по делам четырех россиянок, которые пожаловались на неспособность властей защитить их от домашнего насилия и дискриминации. Все эти дела ранее широко освещались в российских СМИ. Наталью Туникову регулярно избивал гражданский партнер; когда он попытался сбросить ее с 16-го этажа, женщина ударила его ножом. Суд признал ее виновной в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, но позже амнистировал. Елена Гершман пережила девять эпизодов тяжелых избиений со стороны бывшего супруга, из-за декриминализации домашнего насилия ей отказали в возбуждении уголовного дела. Также бывший муж похитил у нее маленькую дочь, вывез в другую страну и полтора года не давал им видеться. Ирину Петракову избивал и насиловал муж; он продолжал ее преследовать и бить даже после развода — однажды нанес женщине побои прямо на выходе из зала суда. Его приговорили к общественным работам, но позже и это наказание было отменено.

Читайте так же:  Усыновление ребенка супруги от первого брака

Самое известное дело из четырех — история Маргариты Грачевой. Муж избил ее, когда она предложила развестись. Полиция не отреагировала на жалобы женщины, после этого супруг вывез ее в лес, где топором отрубил кисти рук. Мужчину приговорили к 14 годам колонии строгого режима.

« Пострадавшие подали жалобы независимо друг от друга, даже в разные годы,— подчеркнула в беседе с “Ъ” адвокат Ольга Гнездилова из «Правовой инициативы» (эта НКО сопровождает жалобу Елены Гершман).— Но они говорят о схожих нарушениях, поэтому ЕСПЧ принял решение объединить жалобы и задать по ним общие вопросы сторонам».

Среди прочего суд спросил, существует ли в России «законодательная база для наказания за все формы домашнего насилия и обеспечения гарантий для жертв». Также ЕСПЧ интересовался, признают ли российские власти серьезность и масштабы проблемы домашнего насилия и связанной с ним дискриминации женщин. Последний вопрос в списке: есть ли в стране системная проблема нарушения прав женщин и требует ли она общих мер? «Если суд вынесет по нему решение, то государство получит список рекомендаций и сроки их выполнения»,— пояснила госпожа Гнездилова.

Жертва домашнего насилия рассказала “Ъ” подробности своих исков к России в ЕСПЧ

В распоряжении “Ъ” оказался официальный ответ от правительства РФ, который был в конце октября направлен в ЕСПЧ. Документ на английском языке подписан заместителем министра юстиции РФ Михаилом Гальпериным. В нем говорится, что «посягательство на физическое лицо карается независимо от пола потерпевшего и от того, было ли оно совершено членами семьи, партнерами или третьими лицами» (здесь и далее перевод “Ъ”). Авторы ответа признают, что в России домашнее насилие «никогда не рассматривалось в качестве отдельного преступления», но указывают, что УК и КоАП РФ «содержат более 40 уголовных и не менее пяти административных положений, касающихся различных актов насилия в отношении личности». В качестве примера они приводят «умышленное причинение вреда здоровью» различной тяжести, «нанесение побоев», «пытки» и другие статьи кодексов.

Правительство признает, что «явление насилия в семье, к сожалению, существует в России, как и в любой другой стране», но подчеркивает, что «масштабы проблемы, а также серьезность и масштабы его дискриминационного воздействия на женщин в России достаточно преувеличены». Говоря о дискриминации, авторы документа делают неожиданный вывод: «Даже если предположить, что большинство лиц, подвергающихся насилию в семье в России, на самом деле являются женщинами (хотя никаких доказательств этого утверждения не существует), логично предположить, что жертвы мужского пола больше страдают от дискриминации в таких случаях. Они находятся в меньшинстве, и от них не ожидается просьб о защите от жестокого обращения со стороны членов семьи, особенно если они страдают от лица противоположного пола». Также в документе говорится, что по статистике о насильственных преступлениях, повлекших тяжкие последствия для здоровья или смерть, «большинство пострадавших являются мужчинами».

Половина россиян считает домашнее насилие частной проблемой

«Российское государство полностью выполнило обязательство по созданию законодательной базы, эффективно решающей проблему домашнего насилия,— говорится в документе.— Правительство вновь заявляет, что нет особой необходимости в принятии конкретных нормативных актов, касающихся явления насилия в семье, до тех пор пока существующие средства правовой защиты такого же характера остаются эффективными». Законодательство РФ «полностью соответствует семейно-охранительному подходу, согласно которому чрезмерное вмешательство государства в частную и семейную жизнь нарушает право личности на неприкосновенность частной жизни. В том числе и ее выбор урегулировать ситуацию с обидчиком ради сохранения личных отношений в семье, а не оставлять этот вопрос на усмотрение органов государственной власти», поясняют в Минюсте.

«Разумеется, мы не согласны с таким ответом,— заявила “Ъ” Ольга Гнездилова.— Практика показывает, что существующего законодательства недостаточно для защиты женщин. Дела этих четырех заявительниц демонстрируют неэффективность системы». По ее мнению, насилие не относится к вопросам «семейной жизни». «Государство обязано защищать жизнь и здоровье лиц, проживающих на его территории. И вмешательство в семью возможно в целях защиты прав, свобод и жизни людей»,— сказала госпожа Гнездилова. Она добавила, что разочарована рассуждениями представителей РФ о несерьезности проблемы домашнего насилия и предположениями о «мужской дискриминации»: «Видимо, тут просто непонимание специфики домашнего насилия, статистики, по которой женщины являются подавляющим большинством жертв этого вида преступления».

Как в Госдуме обсудили очередную версию проекта о профилактике домашнего насилия

Адвокат Мари Давтян (представляет в ЕСПЧ интересы Ирины Петраковой и Маргариты Грачевой) назвала заявление представителей РФ о дискриминации мужчин в делах о домашнем насилии «каким-то троллингом, который даже невозможно обсуждать всерьез». Она входит в парламентскую рабочую группу по разработке законопроекта о домашнем насилии — и, по ее словам, «на заседаниях у представителей Минюста в целом нет принципиальных возражений против такого закона». «Скорее всего, за ответ ЕСПЧ у них отвечает один департамент, а за закон — другой, и получается такая несогласованность»,— предполагает госпожа Давтян.

НовостиМинюст РФ назвал проблемы домашнего насилия «преувеличенными»

По мнению органа, мужчин нужно защищать от действий женщин

Минюст России прокомментировал дело четырёх россиянок, которые пожаловались ЕСПЧ на «неспособность властей защитить их от домашнего насилия и дискриминации». Одна из них — Маргарита Грачёва, которой бывший муж отрубил кисти рук. Европейский суд направил вопросы российскому органу ещё летом 2019 года, рассказывает «Коммерсантъ».

Так, у Минюста поинтересовались, есть ли в России «законодательная база для наказания за все формы домашнего насилия и обеспечения гарантий для жертв», признают ли власти «серьёзность и масштабы проблемы домашнего насилия» и «есть ли в стране системная проблема нарушения прав женщин». На это Министерство юстиции РФ ответило, что, хотя бытовое насилие «никогда не рассматривалось в качестве отдельного преступления», в УК и КоАП есть «более сорока уголовных и не менее пяти административных положений, касающихся различных актов насилия в отношении личности». Между тем представители Минюста заметили, что сама проблема насилия в семье, а также «серьёзность и масштабы его дискриминационного воздействия на женщин достаточно преувеличены».

«Даже если предположить, что большинство лиц, подвергающихся насилию в семье в России, на самом деле являются женщинами (хотя никаких доказательств этого утверждения не существует), логично предположить, что жертвы мужского пола больше страдают от дискриминации в таких случаях. Они находятся в меньшинстве, и от них не ожидается просьб о защите от жестокого обращения со стороны членов семьи, особенно если они страдают от лица противоположного пола», — считают авторы официального документа, направленного в ЕСПЧ. Они также добавили, что статистика говорит о противоположной ситуации: большинство пострадавших от насильственных действий, «повлёкших тяжкие последствия для здоровья или смерть», — это мужчины.

Читайте так же:  Доверенность на получение полиса ребенку

Напомним, что ранее, в октябре, СПбГУ представил данные нового исследования о домашнем насилии, результаты которого показали, что около 75 % пострадавших в таких ситуациях оказываются женщинами.

Более того, в Минюсте уверены, что «законодательная база» России «эффективно решает проблемы домашнего насилия», а четыре женщины, обратившиеся в Европейский суд, «пытаются неверно истолковать общую ситуацию» с бытовым насилием в РФ и «подорвать правовые механизмы, уже существующие в российском законодательстве, а также усилия правительства для улучшения ситуации».

Правозащитница Алёна Попова отметила, что защищать от насильственных действий в семье нужно людей любого пола, однако закона для этого нет. Кроме того, неясно, о «подрыве» каких «усилий» властей идёт речь, например, со стороны Маргариты Грачёвой, которая жаловалась на побои, но правоохранительные органы ничего не предприняли.

Адвокат Мари Давтян в беседе с «Коммерсантом» назвала ответ Минюста «троллингом, который невозможно обсуждать всерьёз», а также добавила, что в целом министерство не против готовящегося законопроекта о профилактике бытового насилия и такой ответ можно объяснить несогласованностью разных департаментов.

ОБНОВЛЕНИЕ 19.11.2019, 18:10

В Минюсте заявили, что фразы о домашнем насилии, которые приведены в официальном ответе ЕСПЧ, «вырваны из контекста». «Опубликованная рядом СМИ информация о том, что Минюст России считает масштабы домашнего насилия преувеличенными, искажает суть заявленной в Европейском суде по правам человека позиции властей Российской Федерации и содержит вырванные из контекста заявления. Также в сообщениях СМИ некорректно переведены с английского на русский язык выдержки из процессуальной позиции», — уточнили в министерстве.

По словам представителей органа, в документе изложена точка зрения о том, что «проблема насилия является общей для многих стран», в том числе и для России, при этом «государство обязано обеспечить безусловную защиту» всех пострадавших — будь то ребёнок, женщина или мужчина. Кроме того, в министерстве «не исключают дальнейшего совершенствования законодательства в этой сфере для защиты прав граждан».

Почему в декриминализации домашнего насилия в РФ нет ничего хорошего

В МВД России нашли положительные стороны в декриминализации статьи УК «Побои». По просьбе DW правозащитники объяснили, почему эта оценка глубоко ошибочна.

В мае в ведомственном журнале МВД России была опубликована статья с анализом преступлений в российских семьях. Ее автор, генерал-лейтенант полиции Юрий Валяев, сообщил, что число семейно-бытовых правонарушений в стране уменьшается уже несколько лет. Среди причин, по его мнению, — декриминализация побоев (в 2017 году статья «побои» была удалена из УК России, а за семейное насилие введена административная ответственность. — Ред.). По мнению Валяева, это помогает полицейским ставить нарушителей на учет и вести с ними профилактическую работу.

Эпидемия домашнего насилия в РФ

Однако правозащитники говорят об обратном эффекте. Побои в семьях, по их оценкам, не просто не сократились, а выросли в несколько раз и превратились в настоящую эпидемию. Это подтверждают данные правозащитной организации Human Rights Watch, кризисного центра для женщин «Анна» и судебного департамента Верховного суда РФ (176 тысяч зарегистрированных дел о побоях только в 2018 году).

«Конечно, это заявление полицейского противоречит действительности. Функцию профилактики декриминализация не то что не выполнила, а еще и ухудшила», — уверена глава проекта «Насилию.Нет» Анна Ривина. По ее словам, перевод побоев из уголовного кодекса в административный превратил насилие в семье в малозначимую проблему. Как для полицейских, так и для общества в целом.

«Пострадавшим не хотят помогать»

Присказка «бьет — значит, любит» и призывы «не выносить сор из избы» привели к тому, что, по разным подсчетам, около 70-90% жертв вообще не идут в полицию в случаях домашнего насилия. А те, кто все же подают заявления, часто забирают их обратно. Безучастное отношение полицейских — норма в случае домашнего насилия, сетуют эксперты.

Около 70-90% жертв домашнего насилия в России вообще не идут в полицию

«Это системная проблема, когда пострадавшим не хотят помогать. На них просто не обращают внимания, — констатирует Анна Ривина. — Даже те случаи, которые доходят до суда, — это штрафы. Но это не превентивная мера». С ней согласна адвокат и правозащитница Мари Давтян. По ее словам, в полиции месяцами отказываются рассматривать административные дела о побоях, считая их малозначимыми.

Те дела, которые все же принял участковый, разваливаются еще до суда. «Причин много: скажем, не сумели найти обидчика или результаты экспертизы недостаточны, скажем, после ударов нет синяков или других следов от ударов», — поясняет адвокат Алексей Паршин. Он участвовал во многих резонансных делах и сейчас защищает одну из сестер Хачатурян, которую обвиняют в убийстве своего отца.

«Сначала шлепки, потом удары«

Реально же на случаи домашнего насилия начинают обращать внимание только тогда, когда доходит до тяжких телесных повреждений или смерти. Причем как обидчика, так и жертвы, которая стала обороняться.

«К сожалению, часто, когда женщины приходят в полицию, на их обращения не реагируют и после этого происходит что-то действительно ужасное, — продолжает Анна Ривина. — Например, как в случае с Маргаритой Грачевой, которой муж отрубил кисти рук. Сейчас уже все больше и больше дел, когда полицейских начинают обвинять в халатности, когда они абсолютно бездействовали».

Контекст

Холодное оружие

Палки, ножи, бутылки — объекты снимков фотографа Дирка Дэмлова (Dirk Dähmlow). В серии под названием «Называть вещи своими именами» запечатлены орудия издевательств над женщинами из Германии, России, Бразилии, Индии, Эфиопии, Замбии и Буркина-Фасо.

Художники выступили против насилия

Нужен ли в Беларуси закон о противодействии домашнему насилию?

В Беларуси уже есть законы, по которым наказывают за насилие в семье. Почему их недостаточно для противодействия насилию, выясняла DW. (18.10.2018)

Борьба за жизнь

25 ноября объявлен ООН Международным днем борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин в память о сестрах Мирабаль, убитых за сопротивление диктаторскому режиму в Доминиканской Республике. Обратить внимание на проблему насилия — задача художников, чьи работы выставлены в Женском музее Бонна. Картины серии «Курдские женщины и их борьба за жизнь» написаны беженками из Ирака, Сирии и Турции.

Художники выступили против насилия

Незаменимая поддержка

Видео (кликните для воспроизведения).

До сих пор тема насилия является табу. Тем не менее, во всех городах Германии круглосуточно работают горячие линии для жертв преступлений. Помимо немецкого консультанты владеют несколькими иностранными языками и могут оказать необходимую поддержку. Кроме того, женщины могут обратиться в специальные дома — Frauenhäuser, в которых можно переночевать и получить первую помощь.

Источники

Проблема домашнего насилия в россии
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here